Анар Боранбаева: «Пока женщине говорят "сама виновата", пострадавшие будут бояться»

После выхода фильма Ильи Варламова о домашнем насилии в Казахстане в соцсетях разгорелись споры. Одни обсуждали проблему, другие – слова блогера о том, что Казахстан стал «эпицентром домашнего насилия». Youth.kz поговорил с героиней фильма Анар Боранбаевой о том, почему общественная дискуссия ушла в сторону, что изменилось после принятия «Закона Салтанат» и какие проблемы до сих пор остаются нерешенными.

– После выхода фильма Ильи Варламова многие обсуждают не проблему домашнего насилия, а слова блогера о Казахстане. Как вы считаете, почему возникла такая реакция?

– На мой взгляд, такая реакция возникла потому, что люди по-разному восприняли акценты фильма. Для одних главной темой стало домашнее насилие и судьбы пострадавших, для других – отдельные формулировки, которые показались слишком резкими или обобщающими.

Лично для меня гораздо важнее не спор о словах, а сама проблема насилия. Как человек, который столкнулся с этим и знает тему не понаслышке, я считаю, что закрывать глаза на нее нельзя. Насилие существует не только в Казахстане – это мировая проблема, которая затрагивает миллионы людей независимо от страны, национальности, культуры или социального положения.

При этом признание существования проблемы не означает обвинение всего общества или всей страны. В Казахстане живет огромное количество достойных, порядочных людей, которые выступают против насилия и помогают пострадавшим. Но это не отменяет того факта, что жертвы есть, их истории реальны, и они заслуживают того, чтобы их слышали.

Я убеждена, что обсуждение должно быть направлено не на взаимные обвинения, а на поиск решений: как защитить пострадавших, как предотвратить насилие и как сделать так, чтобы люди не боялись обращаться за помощью. Молчание никогда не решало проблему. Говорить о ней необходимо – уважительно, ответственно и опираясь на реальные факты и истории людей.

– Как, по вашему мнению, за последние годы изменилось отношение казахстанцев к теме домашнего насилия? Стало ли общество больше поддерживать жертв?

– Я считаю, что за последние годы отношение общества к теме домашнего насилия постепенно меняется. Все больше женщин перестают молчать и решаются обращаться за помощью. Важно и то, что дети чаще рассказывают о пережитом, а родители становятся внимательнее к вопросам безопасности и благополучия своих детей.

На мой взгляд, эти изменения стали возможны во многом благодаря многолетней работе самих пострадавших, которые нашли в себе силы открыто говорить о своей боли. Особую роль, по моему мнению, сыграл фонд «Не молчи» и его основательница Дина Смаилова, которая продолжает свою деятельность, находясь за пределами Казахстана. Независимо от разных взглядов на ее работу, нельзя отрицать, что благодаря таким людям тема домашнего насилия стала звучать значительно громче.

При этом я ни в коем случае не считаю, что все сотрудники правоохранительных органов или судебной системы работают недобросовестно. Наоборот, я уверена, что многие честно и профессионально исполняют свой долг. Вместе с тем, как и в любой сфере, могут встречаться отдельные случаи формального отношения к своим обязанностям. Именно поэтому так важно, чтобы каждый случай насилия рассматривался объективно, внимательно и исключительно в рамках закона.

Однако этих изменений пока недостаточно. Многие пострадавшие по-прежнему сталкиваются с серьезными трудностями на пути к получению своевременной психологической, юридической и социальной помощи. Поэтому я убеждена, что государство, общественные организации и все общество в целом должны продолжать совершенствовать систему защиты и поддержки, особенно когда речь идет о безопасности детей.

– На каком этапе система чаще всего подводит жертв: при обращении в полицию, во время следствия или уже в суде?

– Неправильно выделять какой-то один этап. Сложности могут возникать на любом из них – с момента обращения за помощью до завершения судебного разбирательства. Многое зависит от конкретных обстоятельств дела, качества собранных доказательств и профессионализма специалистов, которые работают с такими делами.

Если говорить о моем личном опыте, то мне в определенной степени повезло. Еще до обращения в правоохранительные органы я познакомилась с фондом «Не молчи», где получила поддержку и понимание. Кроме того, мне встретились сотрудники, которые отнеслись к своей работе с высоким профессионализмом и искренним человеческим участием.

С благодарностью вспоминаю команду, которая тогда работала под руководством Дидара Ержановича Аханова в Управлении полиции Наурызбайского района Алматы. Особенно запомнилось отношение к моему четырехлетнему ребенку. Следователь проводил процессуальные действия в гражданской одежде, спокойно общался с ребенком, используя игровой подход. Благодаря этому ребенок не испытывал дополнительного страха и сильного эмоционального напряжения. Для меня как для матери это было очень важно.

Вместе с тем я понимаю, что каждая ситуация индивидуальна. В любой профессиональной сфере могут встречаться специалисты с разным уровнем подготовки. Именно поэтому так важно постоянное обучение, обмен опытом и развитие навыков работы с пострадавшими, особенно когда речь идет о детях.

– Как на практике проявляется система укрывательства преступлений?

– Если отвечать на этот вопрос, то я могу говорить только о своем личном опыте.

В 2013-2014 годах, когда я неоднократно вызывала полицию из-за домашнего насилия, я чувствовала себя совершенно беззащитной. После приезда сотрудников полиции ситуация для меня не менялась, и я оставалась один на один с человеком, который применял ко мне насилие. У меня сложилось ощущение, что мои обращения не приводили к той защите, на которую я рассчитывала. Именно тогда я потеряла доверие и перестала верить, что мне могут помочь.

К счастью, спустя годы мой опыт оказался совершенно другим. Благодаря поддержке фонда «Не молчи» и работе профессиональных сотрудников полиции в другом деле я увидела, что система может работать эффективно, когда люди добросовестно исполняют свои обязанности.

Поэтому я считаю, что очень многое зависит от конкретных людей, их профессионализма, принципиальности и отношения к пострадавшим.

Фонд «Не молчи» уже много лет публично рассказывает о случаях, с которыми к нему обращаются люди. На страницах фонда опубликованы многочисленные истории пострадавших, судебные процессы и обращения граждан. Эти материалы находятся в открытом доступе, и каждый может самостоятельно ознакомиться с ними и сделать собственные выводы.

Мне кажется, самое важное сегодня – не искать виноватых, а сделать все возможное, чтобы человек, переживший насилие, не боялся обращаться за помощью и действительно получал защиту в соответствии с законом.

– Почему, несмотря на новые законы, некоторые женщины до сих пор боятся обращаться в полицию?

– Даже после изменений в законодательстве страх у многих женщин остается. Причины разные: страх перед агрессором, зависимость, переживания за детей, осуждение со стороны общества и, к сожалению, негативный опыт некоторых пострадавших при обращении за помощью.

Я считаю, что принятые законодательные изменения – это важный шаг. Вместе с тем любая реформа требует времени, последовательной реализации и постоянного совершенствования. Искренне надеюсь, что работа государственных институтов будет и дальше способствовать укреплению защиты прав граждан, развитию механизмов поддержки пострадавших и повышению доверия общества.

– Почему, несмотря на новые законы, некоторые женщины до сих пор боятся обращаться в полицию?

– Даже после изменений в законодательстве страх у многих женщин остается. Причины разные: страх перед агрессором, зависимость, переживания за детей, осуждение со стороны общества и, к сожалению, негативный опыт некоторых пострадавших при обращении за помощью.

Я считаю, что принятые законодательные изменения – это важный шаг. Вместе с тем любая реформа требует времени, последовательной реализации и постоянного совершенствования. Искренне надеюсь, что работа государственных институтов будет и дальше способствовать укреплению защиты прав граждан, развитию механизмов поддержки пострадавших и повышению доверия общества.

– Какие проблемы, связанные с домашним насилием, сейчас остаются вне общественного внимания?

– Несмотря на новые законы, вне общественного внимания по-прежнему остаются психологическое, экономическое и сексуализированное насилие в семье. Недостаточно развиты система кризисных центров, долгосрочная помощь пострадавшим и программы реабилитации для детей, ставших свидетелями насилия.

Кроме того, многие женщины до сих пор боятся обращаться за помощью из-за страха осуждения, зависимости от агрессора и недоверия к системе. Поэтому важно не только принимать законы, но и добиваться их эффективного исполнения, продолжать реформы и усиливать защиту пострадавших.

– Какие мифы о домашнем насилии до сих пор распространены в Казахстане?

– Один из самых распространенных мифов – что домашнее насилие является «личным делом семьи», что жертва сама виновата, «сама выбрала», «видела, за кого выходила», «раньше надо было уходить». Еще один опасный стереотип – что насилие бывает только физическим. На самом деле психологическое, экономическое и сексуализированное насилие также наносят тяжелый вред.

Еще один миф – если женщина предает насилие огласке, то «позорит семью». Вместо поддержки многие сталкиваются с осуждением, от них отворачиваются близкие, начинается травля и хейт. Я – один из таких примеров. Когда я заговорила открыто, рядом со мной остались только мои дети. Пока такие мифы живут в обществе, многие женщины продолжают молчать и бояться просить о помощи.

– Что, на ваш взгляд, должно измениться в первую очередь – законы, работа полиции, судебная практика или отношение общества? Почему?

– Меняться должно все одновременно: отношение общества, работа полиции, судебная практика и исполнение законов. Даже самые хорошие законы не дадут результата, если их не применять последовательно, а каждый случай не будет находиться на контроле государства.

Очень важно, чтобы полиция, суды и все ответственные органы реагировали профессионально, своевременно и без предубеждений, а руководство страны продолжало держать проблему домашнего насилия в числе приоритетов.

Не менее важно менять отношение общества. Пока женщине говорят «сама виновата», «терпи», «знала, за кого выходила», пострадавшие будут бояться обращаться за помощью. К сожалению, нередко осуждение исходит и от других женщин. Я испытала это на себе: после того как открыто заговорила о насилии, мне до сих пор пишут оскорбления, унижают и травят.

Менять нужно не только законы и систему, но и общественное сознание. Только тогда можно будет действительно защитить пострадавших и снизить уровень домашнего насилия.

– Что еще вы хотели бы сказать в завершение?

– Домашнее насилие – это не личная трагедия одной семьи. Это проблема всего общества и государства. Я очень надеюсь, что Казахстан станет страной, где каждая женщина и каждый ребенок будут чувствовать себя в безопасности, а обращение за помощью не будет означать одиночество, осуждение или травлю.

Спасибо всем, кто не молчит, поддерживает пострадавших и каждый день делает все возможное, чтобы насилия становилось меньше. Только вместе – государство, общество и каждый из нас – мы сможем изменить ситуацию к лучшему.

Отдельную благодарность хочу выразить фонду «Не молчи», который поддерживал меня на протяжении пяти лет. Благодарю журналистов и СМИ, которые все эти годы придавали огласку. Спасибо Имашевой Снежанне Валерьевне.

Хочу обратить внимание еще на одну проблему. Женщины, которые проходят через судебные процессы по делам о насилии, часто остаются с огромными финансовыми долгами. Все эти процессы очень тяжелые, они истощают. После завершения процесса многие матери остаются один на один с финансовыми трудностями и вынуждены годами выплачивать накопившиеся долги. Дети же сталкиваются с буллингом, их нужно защищать. Государству стоит подумать о механизмах поддержки таких семей.

После пережитого я перенесла два микроинсульта. Мне было очень тяжело восстанавливаться, были проблемы с речью. Огромную поддержку в этот период мне оказала Дина Смаилова. Если я долго не выходила на связь, она сама находила меня. В первую очередь всегда спрашивала, как чувствуют себя мои дети.

По поводу Ильи Варламова – несмотря на разные оценки фильма, я считаю, что он внес свой вклад в борьбу против домашнего насилия.