«Как хорошо быть учителем!»: Татьяна Белоусова о международном признании и современных школьниках

Учитель химии школы-лицея №95 Татьяна Белоусова вернулась в родной Алматы, получив в Дубае (ОАЭ) сертификат финалиста престижного международного конкурса Global Teacher Prize. Она вошла в топ-50 лучших учителей мира.

Изначально на конкурс поступило 38 тысяч заявок из 139 стран. Татьяна Геннадьевна остановилась всего в шаге от попадания в десятку сильнейших. Путь к этой награде начался два года назад, когда преподаватель стала победительницей National Teacher Prize Kazakhstan, что позволило ей номинироваться на ежегодную премию, присуждаемую Фондом Варки за выдающийся вклад в профессию учителя.

Сегодня в эксклюзивном интервью для Youth.kz она рассказывает о том, как строит свои уроки, используя современные технологии, как мотивирует детей к изучению химии, а также о том, как важно учителю быть порядочным человеком.

– Я уже второй раз участвовала в этом конкурсе, – рассказывает Татьяна Геннадьевна. – В прошлом году мне удалось войти в сотню лучших учителей мира, а в этом – в топ-50. В середине января организаторы уже анонсировали десятку сильнейших, но до последнего момента имя победителя оставалось неизвестным. Его мы узнали 5 февраля на церемонии награждения в Дубае. Учителей, вошедших в топ-50, пригласили в Объединенные Арабские Эмираты для вручения сертификатов, подтверждающих статус финалистов. К слову, в этом году конкурс отметил свое 10-летие. Да, к сожалению, в десятку я не вошла, но представители оргкомитета отметили, что у меня хорошие шансы и сильное портфолио, поэтому я могу подавать заявку и в последующие годы. Данный конкурс оценивает работу учителей не только в школе и на уроках, но и достижения за ее пределами – волонтерскую деятельность, проведение мастер-классов, курсов для педагогов и другие проекты. Я хотела бы также отметить, что до меня в этом конкурсе уже участвовали представители нашей страны, и дважды им удавалось войти в топ-50.

– Какие у вас впечатления от поездки в Дубай, где проходила церемония награждения международного конкурса?  

– Это был великолепный форум с прекрасной организацией. Десятку финалистов чествовали по-настоящему торжественно и впечатляюще: участники выходили с флагами своих стран. Я подошла совсем близко к финальной десятке. Конечно, было немного жаль, ведь я с удовольствием представляла бы свою страну на конкурсе вместе с флагом. При этом хочу отметить, что из постсоветских стран в финал прошли только я и учитель из Украины. На событии выступала представитель ЮНЕСКО, которая подчеркнула, что в мире около полумиллиарда детей по разным причинам не посещают школу, в том числе из-за социального расслоения и военных конфликтов. Это, конечно, колоссальные цифры! И именно здесь я особенно понимаю огромную пользу интернета. Веду онлайн-уроки в рамках образовательного проекта «Мектеп OnLine». Благодаря ему огромное количество детей, родителей и молодых учителей могут абсолютно бесплатно изучать различные предметы. Канал ежедневно смотрят 20–25 тысяч человек из 113 стран мира. Мне очень часто пишут дети из Украины, и для меня это невероятно трогательно. Они слушали и продолжают слушать меня, находясь в совершенно разных и далеко не самых комфортных условиях. Я стараюсь по возможности отвечать на все комментарии. Слова ребят, которые они мне адресуют, для меня дороже любых наград.

– Насколько важно для учителя международное признание? Что оно меняет внутри профессии? 

– Я – учитель-методист. Помимо работы в школе, являюсь авторов учебников по химии с 7 по 11 классы, «Естествознание 6 класс» издательства «Мектеп», по которым сегодня учатся дети в нашей стране. Когда вводились новые учебники по обновленной программе, учителям требовалась серьезная методическая поддержка. Новая система в корне отличалась от предыдущих и поначалу воспринималась непросто. Мне приходилось проводить курсы для учителей химии, помогая им адаптироваться к изменениям. Кроме того, как автор заданий ЕНТ, я регулярно выезжала в разные города, чтобы повышать квалификацию педагогов. До запуска канала «Мектеп онлайн» проводила очные курсы в Астане, Атырау, Караганде. Когда мы стали выходить с уроками в онлайн, к занятиям стали подключаться не только школьники, но и их родители, молодые и малоопытные учителя, студенты. Наверное, именно это и есть настоящее признание. В одном из интервью в рамках конкурса мне задали вопрос: «Почему вы считаете, что должны стать победителем?». Я ответила так: «Возможно, я и не выиграю главный приз – один миллион долларов. Но для меня крайне важно международное признание, потому что оно дает стимул не останавливаться, расти, развиваться и двигаться вперед. Я патриот своей страны, получила образование здесь и работаю здесь. Для меня важно показать, что в Казахстане есть сильные учителя и талантливая молодежь, которая сможет достойно сменить наше поколение преподавателей».

– Вы работаете в школе-лицее № 95 уже 41 год, хотя изначально не планировали становиться учителем. Кем хотели стать изначально? 

– Я училась в Казахском государственном университете (ныне – КазНУ имени аль-Фараби – Ред.). В школе у меня были замечательные учителя химии, кроме того, мне очень нравилась физика. Поэтому долго колебалась между этими двумя направлениями, прежде чем сделать выбор. В итоге победила химия, и я поступила на химический факультет. У меня был хороший послужной список как у студентки – выступала на конференциях, побеждала во всесоюзных конкурсах. Я была уверена, что останусь работать на химфаке, тем более за сильных студентов всегда шла конкуренция, нас приглашали в Институт химии. На пятом курсе нас направили на педагогическую практику в школу № 56. По условиям этой практики мы, студенты, должны были проводить уроки. Один день особенно врезался мне в память. В классе был мальчик – Коля Касьянов. Он сидел на последней парте и ничего не делал, пока остальные решали задачи. Я подошла и спросила, почему он не пишет. Он ответил: «Я все равно ничего не понимаю, у меня по химии двойка». Я попросила его остаться после урока и пообещала объяснить материал. Вы знаете, он остался, и, видимо, что-то у него получилось понять. Через полгода после практики я случайно встретила его на улице. Он подбежал ко мне и сказал: «Здравствуйте, Татьяна Геннадьевна! Я – Касьянов Коля, помните меня? У меня теперь по химии все хорошо – четверка. Спасибо вам большое». Тогда я впервые подумала: как же хорошо быть учителем! Когда нас распределяли после окончания университета, я не попала в число выпускников, направленных в лаборатории. Мы с подругой были распределены в школы. Меня определили в школу-лицей № 95, где я и работаю по сей день. В этом году у меня уже будет 13-й выпуск. Кстати, по прошествии трех лет мне предложили поступить в аспирантуру, но я уже не смогла уйти из школы. Она стала для меня по-настоящему интересной и важной. Хотя сейчас я задумываюсь и о докторантуре. Но если я и буду реализовывать эти планы, то обязательно параллельно с работой в школе.

– Мне довелось разговаривать с одним молодым учителем химии из Казахстана, которая жаловалась на то, что детям зачастую неинтересна химия из-за недостатка практики и экспериментов. Как часто вы проводите лабораторные работы и химические опыты в классе? Насколько они действительно помогают заинтересовать ребят предметом? 

– Вы знаете, эта молодая учитель абсолютно права. Если химия не подкрепляется экспериментами, она воспринимается суховато. Это достаточно сложный предмет со своим языком, и здесь очень многое зависит от самого учителя. Если педагог не стремится к практике, он всегда найдет оправдания – нет реактивов, нет условий и так далее. Помимо работы в школе, я преподаю на подготовительных курсах к ЕНТ и международным экзаменам. Дети часто спрашивают меня: «А ваши ученики в школе проводят эксперименты?». Да, в нашей школе есть и практические, и лабораторные занятия. Кроме того, мы попытались решить проблему нехватки практики в ряде школ, запустив рубрику «Домашний эксперимент» в учебниках по химии. Ребята могут проводить простые и безопасные опыты дома, используя подручные средства и недорогие реактивы. Наша задача как учителей – показать, как правильно проводить такие эксперименты и, самое главное, как делать это безопасно.

– Татьяна Геннадьевна, случается ли в вашей практике, что ученики спрашивают: «А зачем мне эта химия?» Как вы отвечаете на этот вопрос? 

– И такое бывает. В этом случае у меня есть простой ответ: «Химия нужна тебе хотя бы для безопасной жизни». Даже в повседневной бытовой среде нас окружают риски, связанные с взаимодействием с различными веществами и элементами. Я объясняю детям, как действовать в той или иной ситуации, как защитить себя и помочь близким. Парадоксально, но именно те ученики, которые вначале задают этот вопрос, позже нередко выбирают химию в качестве предмета для вступительных экзаменов.

– Вы работаете с детьми с 1980-х годов. Какими были школьники тогда и какими вы видите их сегодня? 

– Современные дети, конечно, отличаются от своих предшественников. Раньше дети добывали знания из учебника и во главе учебного процесса стоял учитель. Роль учителя была более значимая, но и технологии обучения были более центричными, то есть зациклены на учителе, как ведущей фигуре урока. При этом методика, с которой я работаю сегодня, в том числе на своем канале, «выросла» именно из моего педагогического опыта тех лет. Нынешние дети, возможно, в чем-то более поверхностные, чем предыдущие поколения. Они стремятся быстро получить ответ или результат, активно используют цифровые инструменты, в том числе ChatGPT. Но это всегда заметно, потому что я стараюсь объяснять материал по своим правилам. В то же время современные школьники гораздо более продвинуты в работе с гаджетами и цифровыми технологиями. С ними легко организовать обучение с использованием инструментов искусственного интеллекта. Например, некоторые лабораторные работы из-за технологической сложности трудно выполнить в реальности, и тогда мы используем виртуальные лаборатории. Я обращаюсь к ресурсам Гарвардского университета, где есть качественные симуляции и анимации, позволяющие, например, «заглянуть» внутрь атома и рассмотреть его частицы. Дети очень быстро осваивают такие форматы: находят нужную информацию, изучают, экспериментируют. Помимо ChatGPT мне нравится платформа Gemini – там есть интересные инструменты, с помощью которых дети с удовольствием создают собственные проекты. Отдельно хочу отметить, что сегодня, в условиях непростой экономической ситуации, многие родители вынуждены много работать и не всегда успевают уделять внимание детям. В такие моменты роль учителя выходит за рамки предмета, и он становится старшим другом и наставником. За годы моей работы случались разные ситуации: бывало, что дети уходили из дома, а я занималась их поисками и потом помогала психологически выстраивать встречу и разговор родителей с их детьми. В такие моменты иногда не понимаешь, кого приходится воспитывать больше – детей или взрослых. Вы знаете, я замечаю, что современные дети стали более ранимыми и чувствительными. Иногда скажешь что-то, не придав значения, а ребенок уже обиделся, надулся. Если я вижу, что была неправа или перегнула палку, обязательно извиняюсь перед детьми. А в щепетильных ситуациях стараюсь разговаривать с ними один на один, если чувствую, что им нужен мой совет и поддержка.

– Татьяна Геннадьевна, вы затронули психологическую составляющую школьного образования. Тема буллинга все чаще обсуждается в обществе. Какую ответственность, на ваш взгляд, несет учитель, если в классе возникает травля? Может ли педагог в одиночку изменить ситуацию или это всегда командная работа? 

– Если травля возникает между детьми прямо на уроке, не заметить ее невозможно. Всегда говорю своим ученикам: «Я всегда буду на стороне слабого и не позволю никому из вас издеваться над другим. Каждый из вас – личность». Решение вопросов, связанных с буллингом, безусловно, должно быть командной работой: учителей, классного руководителя, родителей, психологов. Если же источник буллинга – сам учитель, я считаю это абсолютно недопустимым. Это ниже достоинства педагога. Какой бы сложный ни был ребенок, у учителя нет никакого морального права унижать или оскорблять детей. Я принципиально со всеми учениками разговариваю на «вы». При таком обращении хамить в ответ становится гораздо сложнее. 

– Татьяна Геннадьевна, какой вы видите школу через 10–15 лет? 

– На одном из форумов я слушала выступление системного методолога, эксперта в области искусственного интеллекта Андрея Комиссарова. Он говорил о том, что примерно 30 % населения Земли будут обучать люди, то есть реальные учителя, и это будет своего рода элита. Около 50 % будут учиться в сотрудничестве с виртуальными помощниками, а еще 20 % – с помощью роботов. Я бы все-таки не делала слишком большую ставку на искусственный интеллект в школьном образовании. Детям необходимо живое объяснение, взгляд учителя, непосредственное человеческое общение. Это не сможет заменить ни одна технология. Об том, что людей должны обучать люди говорит и Илон Маск. Я убеждена, что так будет и дальше. Да, робототехника и искусственный интеллект все активнее входят в нашу жизнь, но, скорее, в роли помощников. Учителя никто не заменит. Другой вопрос – сам педагог должен постоянно расти, развиваться, быть в процессе непрерывного самообразования, чтобы идти в школу не просто за заработком, а потому, что работа приносит удовольствие. Радость от слов учеников – «Я понял» и «Спасибо» – не смогут заменить никакие деньги, на мой взгляд.

– Если бы вам нужно было сформулировать одну формулу успеха учителя – из каких «элементов» она бы состояла?

– Прежде всего, учителю необходимы знания. Он должен быть специалистом и прекрасно знать свой предмет. Если педагог не владеет предметом в полной мере, он не сможет повести за собой детей. Важна и харизма. Я читала мемуары Эйнштейна. Известно, что в детстве он был довольно сложным ребенком и долго не говорил. Интерес к математике у него появился благодаря одному учителю. Эйнштейн вспоминал, что когда преподаватель входил в класс, дети сначала едва ли не прятались под парты от смеха – настолько неопрятно он был одет, Эйнштейн сравнивал его с каким-то чудовищем. Но стоило учителю начать говорить о математике, как внешний облик сразу отходил на второй план. Все переставали замечать, как он выглядит. Становилось важно только то, что и как он говорит. Это и есть харизма. Сама я человек с чувством юмора. Могу пошутить с учениками, посмеяться вместе с ними. Иногда скажу что-нибудь, да еще и с использованием молодежного сленга – потом они долго пересказывают это друг другу и делятся услышанными «приколами». И, на мой взгляд, учитель обязательно должен быть порядочным человеком. В школе не должно быть места корысти – слишком это мелко для профессии педагога. В школе должны работать люди по призванию.