Откуда берется социальное равнодушие: отвечает психолог

В последние годы социальная наука все чаще говорит о росте социального равнодушия. Люди становятся более разделенными и все реже оказывают эмоциональную и физическую поддержку другим. Youth.kz взял интервью у психолога Дербисали Тукеева, который объяснил этот феномен.   

 – Как вы считаете, что приводит к социальному равнодушию?

– Я бы разделил социальное равнодушие друг к другу на три типа: нормальное, испуганно-истощенное и злорадствующее.

С одной стороны, нормальное равнодушие – это здоровая часть жизни общества. Представьте, если бы мы были слишком включены в жизнь друг друга: мир стал бы невозможным местом без права на уединение. Поэтому то, что люди в первую очередь заняты своими делами, приводит к некоторой отчужденности от жизни других. И если это кажется жестоким, стоит помнить, что ваше право на автономию и свободный выбор строится на том же.

Теперь о трех видах. Я делю их условно – по той эмоции, которую испытывает человек, когда от него ожидается участие, помощь или забота, но он этого не делает. Человек может быть истощен: на эмпатию тоже нужны силы – не только на помощь, но даже на искреннее сопереживание. Он может испугаться: «Если я сейчас помогу, хватит ли мне самому?» А также может считать страдания другого оправданными: «мир жесток», «получили по заслугам». За всеми этими реакциями могут стоять разные причины – личные травмы или механизмы психологической защиты.

– Как вы определяете социальное равнодушие – где проходит граница между нормальной дистанцией и проблемой?

– Нормальная дистанция основана на признании права других людей жить так, как они хотят, а также на понимании собственных границ сил и ответственности.

При этом есть явления, терпимое отношение к которым скорее говорит о проблемах в обществе, чем о норме: насилие, педофилия, жестокое обращение с животными, безответственное отношение к здоровью, жизни и будущему других людей.

Вопрос действительно непростой, потому что у всех разные критерии того, что считать вредным. Например, в радикально религиозных странах многое из привычного нам воспринимается как угроза, тогда как нам их запреты могут казаться варварскими.

Тем не менее есть базовые вещи: если на улице калечат человека или кто-то демонстрирует признаки серьезных проблем со здоровьем, большинство не пройдет мимо. Но при этом не все готовы помочь бездомному. Здесь влияет множество факторов: мораль, индивидуальная чувствительность, ситуация в стране и другие обстоятельства.

Как психолог я считаю ненормальной ситуацию, когда мы остаемся равнодушны к боли другого. За отрешенностью могут стоять либо психологические защиты (например, «сама виновата»), либо дефицит опыта привязанности в детстве. Во втором случае речь идет о сниженной способности к эмпатии, а в первом – о нормальной работе психики: мы не смогли бы жить, постоянно переживая боль всех окружающих. Поэтому не рекомендую спешить с осуждением или патологизацией «равнодушных» людей.

– Как можно объяснить феномен социального равнодушия, когда люди неожиданно для себя становятся свидетелями какого-то ЧП? Почему мы проходим мимо человека, попавшего в беду, которому нужна помощь?

– Есть два направления мысли в психологии, которыми мы пользуемся, когда нужно объяснить человеческое поведение. Диспозиционные теории концентрируются на чертах личности, таких как чувствительность к боли других, эмпатичность, способность к сопереживанию и так далее. 

Также существуют ситуационные школы, которые преимущественно представлены в трудах социальных психологов: они рассматривают влияние среды на поведение людей. Например, есть исследования, в которых видна обратная взаимосвязь между тем, опаздывал ли человек куда-то и насколько он был готов остановиться, чтобы помочь другому.

Несмотря на то, что ситуация сильно влияет на поведение человека (например, многие из нас готовы помочь в беде девушке, если ее обидчик не сильно больше нас по физическим габаритам), личностные качества влияют на общую тенденцию человека оказываться неравнодушным к трудностям других.

– Какие психологические механизмы лежат в основе равнодушия к чужим проблемам?

– Как я уже упоминала, важную роль играют защитные механизмы. Один из них – идентификация с агрессором: когда человек, переживший жестокое обращение, начинает оправдывать агрессора и разделять его взгляды.

Частый пример: мужчина из семьи, где отец бил мать, объясняет поведение отца поведением матери. Это создает иллюзию безопасности: «если соблюдать правила, со мной этого не случится».

Другой механизм – всемогущий контроль: убеждение, что можно избежать ужасных вещей, если действовать «правильно».

К этому добавляются морализация (оправдание насилия тем, что «кто-то заслужил»), рационализация (поиск логических объяснений, например, убийства животных ради экономии) и интеллектуализация (восприятие насилия как части эволюции).

Все эти механизмы объединяет одно: они защищают от тяжелых чувств – страха, ужаса, бессилия. Проще поверить, что с хорошими людьми ничего плохого не происходит, чем принять, что беда может случиться с каждым.

– Как человек может распознать в себе признаки социального равнодушия на уровне эмоций и поведения?

 – Это состояние сопровождается определенным эмоциональным огрубением и отстраненностью. Оно похоже на эмоциональное выгорание: человеку становится безразлично то, что раньше его волновало.

Можно заметить, что появляется меньше желания откликаться на просьбы, усиливается раздражение по отношению к тем, кто просит помощи, а негативные новости вызывают либо пустоту, либо даже желание «встать на сторону сильного».

В таких случаях важно позаботиться о себе и дать себе право на восстановление. Постоянно переживать боль других невозможно – можно тронуться умом. У каждого есть свой предел эмоциональной выносливости, зависящий от опыта, темперамента и устойчивости. Здесь работает принцип кислородной маски: сначала помочь себе, потом другим.

– Как равнодушие влияет на общество и межличностные отношения в долгосрочной перспективе?

– Человечество выживало благодаря кооперации. Сам факт нашего существования говорит о том, что созидательного в нас больше, чем разрушительного.

Этот вопрос хорошо иллюстрирует теория игр: если есть риск, что другой поведет себя эгоистично, мы тоже склонны действовать в своих интересах – и в итоге проигрывают оба. Наилучший результат дает стратегия взаимного доверия и сотрудничества.

Сегодня мир переживает непростой период, и обособленность усиливается даже на уровне государств. Чем это закончится, сказать сложно. Но очевидно, что для ответственности друг перед другом необходимо доверие.

Доверие – основа общества: люди создают семьи, инвестируют, переходят дорогу на зеленый свет, потому что рассчитывают на предсказуемость других. Равнодушие же порождает отчуждение и настороженность. Если никто не поможет, становится страшно «падать», и человек начинает замыкаться на себе.

Низкий уровень доверия ведет к росту депрессии, тревожности, одиночества, преступности и в целом формирует среду, в которой некомфортно жить.

Причем последними это ощутят те, кто уверен, что сила на их стороне – но даже это будет временно, поскольку их спокойствие, вызываемое богатством и связями, тоже держится на вере и то, что никто не захочет у них это все отобрать.

– Можно ли считать социальное равнодушие защитной реакцией на стресс и перегрузку информацией?

– Да, это одна из причин. Мы не способны постоянно сопереживать и эмоционально реагировать на все происходящее.

При регулярном столкновении с тяжелыми новостями возникает естественная реакция – усталость и желание дистанцироваться. Это нормальный механизм: стремление держаться подальше от плохого и ближе к тому, что вызывает позитивные эмоции.

– Какие шаги может предпринять человек, чтобы не скатываться в равнодушие и сохранить эмпатию?

– В первую очередь – соблюдать информационную гигиену. Стоит сократить поток новостей и сосредоточиться на реальных людях, которым можно помочь.

Жан Бодрийяр писал о разрушительном влиянии СМИ как о «факторе, который волнует, но на который нельзя повлиять». Я считаю, что проблема здесь в ощущении бессилия. Поэтому важно заниматься тем, где виден результат – это возвращает ощущение смысла и силы.

Также полезно сохранять рутину: привычные действия и ритуалы помогают поддерживать стабильность. И, конечно, важно заботиться о себе, помня о принципе кислородной маски.

И еще один важный момент – разрешить себе быть просто человеком. Желание помочь – это ценно, но у каждого есть ограничения. Невозможно помочь всем.

Особенно важно не допустить, чтобы чувствительный и заботливый человек, не справляясь с нагрузкой, начал закрываться и ожесточаться из-за нереалистичных требований к себе.