Гульмира Биржанова: «Молчание, сатира, карикатура и юмор — тоже относятся к свободе слова»

Десятки журналистов в Казахстане в этом году подверглись давлению. Работает ли у нас свобода слова? Когда она может быть ограничена и по каким основаниям? Рассказывает медиаюристка и правозащитница Гульмира Биржанова. 

– Как право определяет понятие свободы слова? Какие ключевые элементы включает этот термин?

 – Свобода слова, или свобода выражения мнения, включает в себя не просто право «говорить», а возможность свободно выражать свои мысли. При этом мнение не обязано нравиться другим – оно может отличаться от позиции окружающих. Это право также включает возможность получать и распространять информацию без необоснованного вмешательства государства.

Формами выражения могут быть не только слова: это и молчание, и рисунки, и танцы, и фильмы. Сатира, карикатура, юмор – все это также относится к свободе слова. Более того, международные стандарты подчеркивают, что такие формы выражения зачастую получают повышенную защиту, поскольку являются способом художественной и общественной критики.

Свобода слова включает и право на доступ к информации, а также на ее распространение. Важно понимать, что это именно юридическое право, закрепленное Конституцией и международными документами, а не просто моральный принцип или декларация.

– Почему свобода слова в первую очередь рассматривается как отношение «человек – государство», а не как универсальный принцип для всех взаимодействий в обществе?

 – Любое право человека может быть нарушено государством, а не частным лицом. На этом и строится система прав человека: именно государство способно как нарушить, так и ограничить эти права.

Исторически свобода слова возникла как защита человека от цензуры и давления со стороны власти. Если другой человек с вами не согласен, это спор, который может решаться, в том числе, в судебном порядке. Но когда вмешивается государство, речь уже идет о фундаментальных правах и свободах.

– Почему свобода слова не равна вседозволенности? Где проходит граница между свободой и ограничениями?

 – Если честно, то абсолютной свободы слова не существует. Есть понятие допустимых ограничений, и ключевое слово здесь – «допустимых». Граница проходит там, где выражение мнения начинает причинять вред другим.

В статье 19 Международного пакта о гражданских и политических правах перечислены основания для ограничений: уважение прав и репутации других лиц, защита государственной безопасности, общественного порядка, здоровья или нравственности населения. Только эти причины могут служить оправданием.

При этом ограничения должны быть установлены законом и быть действительно необходимыми. Именно здесь часто возникают злоупотребления. Нередко звучит аргумент о защите государственной безопасности или нравственности, однако на практике границы этих понятий могут расширяться.

Показательный пример – расширение категории «противоправной информации». Изначально туда входят действительно опасные вещи: призывы к насилию, терроризму, экстремизму. Однако со временем перечень может дополняться размытыми категориями вроде «ложной информации» или «пропаганды».

Таким образом, проблема часто заключается в том, кто и как определяет границы допустимого. Если государство трактует их слишком широко, уровень свободы слова неизбежно снижается.

– Какие обязанности несет государство для обеспечения свободы слова?

– В идеале государство должно не только воздерживаться от вмешательства, но и создавать условия для реализации этого права.

Минимальные меры – это обеспечение доступа к информации, расследование случаев давления на журналистов, формирование законодательной базы, направленной на защиту, а не ограничение свободы слова.

Если государство не выполняет эти функции, возникает обратный эффект: люди начинают искать альтернативные источники информации – слухи, анонимные каналы. В таких условиях уровень дезинформации не снижается, а может даже расти.

– Какие нормы законодательства Казахстана гарантируют свободу выражения мнений, и как они работают на практике?

 – В Казахстане свобода слова закреплена в Конституции: ранее это была статья 20, в новой редакции – статья 23, где прямо говорится о свободе слова и запрете цензуры.

Существуют также профильные законы – о масс-медиа и о доступе к информации. Однако на практике ситуация сложнее: формально право гарантировано, но его реализация сопровождается ограничениями, особенно в чувствительных темах – политике и религии.

Можно говорить о разрыве между нормами «на бумаге» и реальной практикой. Дополнительную роль играют нормы уголовного и административного законодательства, включая ответственность за распространение ложной информации, клевету, разжигание розни. Эти статьи применяются, в том числе, к журналистам и блогерам.

– С чем вы связываете давление на журналистов в Казахстане в этом году?

 – Наблюдается рост числа судебных дел и случаев блокировок. Государство стремится контролировать информационное поле – например, через систему государственного информационного заказа.

Кроме того, законы о ложной информации и экстремизме могут использоваться как инструменты давления. В ответ на вызовы государство часто реагирует ужесточением регулирования.

Отдельной проблемой остается самоцензура. Это формирует атмосферу, в которой люди начинают ограничивать себя даже без прямых запретов.

– С какими системными рисками для свободы слова сегодня сталкивается человечество?

 – Сегодня государство – не единственный источник риска. Важную роль играют цифровые платформы: их алгоритмы могут продвигать или, наоборот, скрывать контент, а принципы блокировок остаются непрозрачными.

Отдельный вызов связан с развитием искусственного интеллекта, который способен создавать контент, вызывая вопросы о его достоверности.

Существует и общественный фактор: аудитория часто реагирует сильнее на негативный контент – конфликты, скандалы, кризисы. Это влияет на формирование информационной повестки.

Таким образом, если раньше основной угрозой была государственная цензура, то сегодня ситуация сложнее: это сочетание государственного контроля, технологических механизмов и общественного запроса.

Тем не менее, несмотря на все сложности, запрос на свободу слова сохраняется – и это остается важным сигналом.