Реестр «иноагентов»: что не так в новых требованиях Минфина
Дана Дуйсекенова
Приказ министерства финансов от 13 марта 2023 года, содержащий поправки, аналогичные российскому закону об "иноагентах", прошел незаметно для большинства жителей Казахстана. Начиная с июля текущего года, список организаций и лиц, получающих финансирование от иностранных источников, будет публично доступен. Мы поговорили с Евгением Жовтисом, директором Казахстанского международного бюро по правам человека, чтобы узнать, какие цели преследуют авторы поправок и как изменится общественно-политическая ситуация в стране.
В 2022 году были внесены поправки в Налоговый кодекс, предоставляющие Комитету государственных доходов (КГД) право публиковать реестр “иностранных агентов” на своем веб-сайте. Этот реестр будет доступен после представления отчетности в первом полугодии 2023 года. КГД заявляет, что таким образом они стремятся повысить доверие граждан к государству и неправительственным организациям.
«Введение реестра лиц, финансируемых из иностранных источников, имеет свою предысторию, начавшуюся в 2016 году, когда власти Казахстана ввели нормы о дополнительной отчетности некоммерческих организаций (НПО) с предлогом борьбы с терроризмом и экстремизмом. Эта отчетность была разделена на два вида. Первый вид — это отчеты, которые должны быть представлены до 31 марта каждого года в МИОР и содержат полную информацию об учредителях, целях организации и реализованных проектах. Второй вид — это отчетность, которую НПО должны представлять в КГД о деятельности, направленной на оказание правовой помощи, проведение социологических опросов и сбор любой информации», — поясняет Евгений Жовтис.
Неправительственные организации, получающие финансовую поддержку из иностранных источников, также должны отчитываться о том, куда были потрачены средства. В 2020 году семь ведущих правозащитных организаций были подвергнуты проверке со стороны властей, которые пытались давить на них из-за технических ошибок в составлении отчетности. В результате дело едва не привело к приостановлению деятельности организаций.
«Вся отчетность, которая предоставляется в КГД и МИОР, уже есть в налоговой и банковской документации. Поэтому данные требования являются попыткой представить некоммерческий сектор как потенциальную угрозу. Это политтехнологи, а не здравый смысл или необходимость. Все происходит в традициях авторитарных режимов», — отмечает правозащитник.
По словам Евгения Жовтиса, реестр "иноагентов" не несет для некоммерческих организаций никаких юридических последствий, поскольку его главная цель — политическая:
«Это попытка сыграть на постсоветской общественной психологии, где западные страны с экономической точки зрения рассматриваются как партнеры, а с точки зрения общества как враги. К примеру, в соседней России закон «об иноагентах» не столько направлен на регулирование, сколько на навешивание ярлыков — еще не шпион, но уже близко».
Евгений Жовтис заявил, что введение реестра "иноагентов" не повлияет на общественно-политическую жизнь страны, за исключением тех случаев, когда правительственные организации и боты, также известные как ГОНГО, будут использовать его как инструмент для дискредитации независимых журналистов, НПО и гражданских активистов.
Новые законы в Казахстане: почему граждане не обращают на них внимание
В начале марта 2023 года принятие закона «об иноагентах» в Грузии вызвало массовые общенациональные акции протеста, и парламент был вынужден его отозвать. Однако, в Казахстане новые требования к некоммерческим организациям, финансируемым из-за рубежа, проходят незамеченными.
«К сожалению, наше общество относится в лучшем случае нейтрально к деятельности некоммерческих организаций, особенно тех, кто профессионально занимается развитием гражданского общества и продвижением прав человека. Наше общество продолжает быть постсоветским, ксенофобным, разрозненным, с так называемым синдромом «выученной беспомощности» — уверенности в том, что ничего нельзя изменить. Кроме того, мы находимся в российском информационном пространстве, в котором распространяются различные конспирологические теории», — объясняет Евгений Жовтис.
Несмотря на это, у казахстанцев есть теоретический шанс блокировать подобные решения власти. Сильная политическая оппозиция, развитое гражданское общество и независимые СМИ могут стать тем рычагом давления, который сможет убедить лиц, принимающих решения, что такими законодательными нормами наносится вред имиджу Казахстана на международном уровне.
